Рухнувшие небеса

– Пусть попросят к телефону Натана Новеро! Узнав, кто звонит, Натан Новеро, управляющий аэропортом, счел за лучшее немедленно подойти к телефону.

– Отвечайте немедленно, находится в аэропорту самолет Ричарда Хадсона?  – не здороваясь, загремел Бустер.

– Да, генерал,  – спокойно подтвердил Новеро.  – Собственно говоря, он вот-вот поднимется в воздух. Пилот только что получил разрешение на взлет.

– Отмените его. storecomp.ru

– Как вы сказали? !

– Звоните в диспетчерскую и немедленно отмените разрешение.

– Сейчас, сэр.

Новеро поспешно набрал номер.

– Диспетчер, срочно отмените разрешение на взлет для «Гольфстрим Р3487».

– Но он уже выкатился на взлетную полосу,  – возразил авиадиспетчер.

– Повторяю, отмените разрешение на взлет.

– Да, сэр.

Диспетчер взял микрофон:

– Диспетчерская – «Гольфстрим Р 3487». Разрешение на полет отменено. Вернитесь к терминалу. Взлет запрещен. Повторяю, взлет запрещен.

В кабину пилота вихрем ворвался Роджер.

– Какого черта тут происходит?

– Непредвиденная задержка, сэр. Нам приказано вернуться…

– Нет,  – вмешалась Памела.  – Поднимайтесь в воздух.

– При всем моем уважении к вам, миссис Хадсон, не могу. Меня лишат лицензии, если…

Он не успел договорить. Джейк Стоун, бесцеремонно оттолкнув Роджера, приставил к виску пилота пистолет.

– Кому говорят? Шпарь! Мы летим в Россию. Пилот, поперхнувшись, выдавил:

– Да, сэр.

Самолет покатился по полосе и уже через двадцать секунд стал набирать высоту. Управляющий досадливо покачал головой, следя, как «Гольфстрим» исчезает в облаках.

– Иисусе, он посмел…

– – Ну, что там?  – требовательно допрашивал генерал.  – Вы их остановили?

– Нет. Пилот не послушал приказа. Теперь все бесполезно. Мы не сможем заставить их…

И в это мгновение небо взорвалось. Те, кто остался на земле, с ужасом увидели, как по полю разлетаются рваные обломки и клочья того, что еще недавно было самолетом. Казалось, этот зловещий дождь идет уже целую вечность.

Стоявший на дальнем конце поля Борис Жданов удовлетворенно кивнул, дождался финала кровавой трагедии и спокойно ушел.