Рухнувшие небеса

Кемаль продолжал упорно смотреть в пол.

– Насколько я поняла, возникла какая-то проблема,  – продолжала Дейна.

– К http://www.lawstore.ru сожалению, мисс Эванс.

Она протянула Дейне листок бумаги. Та с недоумением уставилась на ровные строчки.

Vodja, pizda, zbosti, fukati, nezakonski otrok, umreti, tepee.

– Н-не понимаю,  – ошеломленно пробормотала она.  – Ведь это сербские слова, не так ли?

– Именно,  – сухо подтвердила миссис Костофф.  – К несчастью для Кемаля, я тоже оказалась сербиянкой, так что ему не повезло. Все эти выражения он употребляет в школе.  – Обычно бесстрастное лицо Веры на этот раз возбужденно пылало.  – Поверьте, мисс Эванс, даже сербские дальнобойщики так не выражаются, и я не допущу, чтобы маленький мальчик сыпал подобными ругательствами. Камаль обозвал меня зассыхой.

– За? … – не поняла Дейна.

– Я понимаю, что в этой стране он недавно, все для него ново, и пыталась быть снисходительной, но его…, его поведение возмутительно! Он постоянно затевает драки, а когда я сегодня утром сделала ему замечание, оскорбил меня. Это уж слишком!

– Вы, разумеется, знаете, как трудно ему в новой обстановке, миссис Костофф,  – тактично заметила Дейна,  – и…

– Я уже сказала, что готова сделать скидку, но он безбожно испытывает мое терпение.

– Ясно,  – вздохнула Дейна, глядя на Кемаля. Но тот по-прежнему угрюмо смотрел вниз.

– Надеюсь, этот инцидент будет последним,  – заключила миссис Костофф.

– Я тоже на это уповаю,  – кивнула Дейна.

– Сейчас я найду вам его табель. Миссис Костофф открыла ящик стола, вынула табель и протянула Дейне. Та с облегчением поблагодарила. По пути домой Кемаль молчал.

– Что мне с тобой делать?  – сетовала Дейна.  – Почему ты вечно ввязываешься в потасовки да еще употребляешь такие слова?

– Я понятия не имел, что она говорит по-сербски. Открыв дверь квартиры, Дейна предупредила:

– Мне придется вернуться на студию, Кемаль. Ничего, если побудешь один?

– Аск!

Услышав впервые ответ такого рода, Дейна посчитала, что Кемаль ее не понял, но потом быстро научилась понимать молодежный жаргон. «Аск» означало «да», «завязать шнурки» – остаться дома без родителей, «козебака» – сексуальная, привлекательная, яркая девушка. Положительное отношение к действительности выражалось терминами «клево», «отпад» и «я тащусь». Отрицательное – презрительным «срань» и «херня».

Дейна поспешно вытащила табель и, просмотрев, едва не схватилась за голову. История: D, английский – D, науки – D, общественные дисциплины – F, математика – А [D и F – очень низкие оценки; А – отличная оценка].

Господи, что же ей теперь делать?

– Поговорим позже,  – пообещала она вслух.  – Мне нужно бежать.

Кемаль оставался для нее загадкой. При ней он вел себя идеально, был любящим, заботливым и милым. По выходным Дейна и Джефф превращали для него Вашингтон в огромную площадку для игр. Они ходили в Национальный зоопарк с изумительной коллекцией диких животных, настоящей звездой которых стал гигантский панда, посещали Национальный музей авиации и космонавтики, где Кемаль увидел первый летательный аппарат братьев Райт, подвешенный к потолку, прогулялся по модели «Скайлэб» [Первая американская космическая станция. В 1979 г] сгорела при вхождении в плотные слои атмосферы] и потрогал лунные камни. Заглянули в Кеннеди-центр [Центр исполнительских искусств имени Дж. Кеннеди в Вашингтоне. Национальный культурный центр США и официальный мемориал Джона Кеннеди] и театр «Арена». Кормили Кемаля пиццей в «Том Том», такое [Горячая свернутая маисовая лепешка с начинкой из рубленого мяса, сыра, лука и бобов с острой подливкой] в «Мекстеке» и жареным цыпленком «по-южному» в «Джорджии Брауне». Кемаль обожал такие походы и общество Дейны и Джеффа.

Но…, но стоило ей отправиться на работу, как Кемаль превращался в дьяволенка. Становился злобным и неуправляемым. Дейна с трудом верила ужасам, которые наперебой рассказывали ей экономка и приходящие няни.