Рухнувшие небеса

– Кемаль, как ты мог решиться на такое?

– Легко,  – бросил Кемаль, соизволив наконец взглянуть на нее.

– Теперь видите, мисс Эванс?  – возмутился Генри.  – Его поведение…, просто не знаю, как и назвать! Боюсь, мы больше не можем мириться с подобными выходками. Я предлагаю вам найти для него более подходящую школу.

– Мистер Генри, Кемаль никогда не начинает драку первым,  – горячо вступилась за приемного сына Дейна.  – Вы не можете…

– Так решил совет школы,  – твердо заявил директор,  – и больше я ничего не могу для вас сделать. Дейна тяжело вздохнула.

– Хорошо. Мы действительно поищем такую школу, где хотя бы попытаются разобраться в причинах так называемых выходок Пойдем, Кемаль.

Мальчик встал, обжег директора презрительным взглядом и последовал за Дейной. Оба молчали. Дейна взглянула на часы. Она опаздывает на встречу с Хадсоном. И оставить Кемаля не с кем. Придется взять его с собой.

Только когда они уже сидели в машине, Дейна велела:

– Ладно, Кемаль, выкладывай, как было дело. Но разве мог он повторить ту грязь, что услышал от Рики?

– Прости, Дейна, во всем виноват я,  – промямлил он. Дьявол! Ну что с ним поделать?

Городское поместье Хадсона раскинулось на пяти акрах земли в самом престижном районе Джорджтауна. Дом, невидимый с улицы, представлял собой белоснежный трехэтажный особняк в георгианском стиле, выстроенный на холме. Длинная широкая аллея вела к самому крыльцу. Дейна остановила машину перед входом и повернулась к Кемалю:

– Ты идешь со мной.

– Зачем?

– Потому что на улице мороз. Выходи.

Дейна решительно направилась к двери. Кемаль неохотно поплелся следом. Перед тем как позвонить, она предупредила.

– Кемаль, я здесь по очень важному делу. Веди себя прилично. И будь поучтивее. Договорились?

– Ладно уж.

Дейна нажала кнопку звонка. На пороге появился великан с приятным лицом, в ливрее дворецкого.

– Мисс Эванс?

– Да – Я Сейзар. Мистер Хадсон ждет вас.

Он вопросительно взглянул на Кемаля, но промолчал.

– Могу я забрать у вас пальто?

Он подошел к длинному шкафу, стоявшему вдоль стены вестибюля и, очевидно, предназначенному для верхней одежды. Кемаль не сводил глаз с Сейзара, возвышавшегося над ним, как башня.

– Какой у вас рост?  – не сдержался он.

– Кемаль!  – одернула Дейна.  – Не груби!

– Ничего страшного, мисс Эванс, я привык.

– Вы больше Майкла Джордана [Известный чикагский баскетболист]?

– Боюсь, что так,  – улыбнулся дворецкий.  – Семь футов один дюйм [приблизительно 2м 12 см]. Сюда, пожалуйста.

Вестибюль был громадным, с паркетным полом, антикварными зеркалами и мраморными столами. По стенам тянулись полки с бесценными китайскими статуэтками династии Мин и фигурками из венецианского стекла.

Сейзар провел Дейну и Кемаля широким коридором в гостиную, куда можно было попасть, спустившись на несколько ступенек. Дейна с любопытством оглядела светло-желтые стены и белые резные панели. Комната была со вкусом обставлена удобными диванами, приставными столиками в стиле королевы Анны и шератоновскими мягкими креслами, обтянутыми светло-желтым шелком.

Сенатор Роджер Хадсон и его жена Памела сидели за ломберным столиком. Оба поднялись, едва дворецкий объявил о приезде гостей.

Дейна сразу поняла, что Роджер Хадсон – твердый орешек. Строгое лицо, холодные серые глаза и настороженная улыбка. С таким лучше держать ухо востро. Во всем его облике читалась ледяная отчужденность.

В противоположность мужу Памела Хадсон оказалась настоящей красавицей, хоть и была ненамного его моложе. Зато в глазах светились тепло и доброта. В пепельно-русых волосах поблескивали серебряные прядки, которые она не считала нужным закрашивать.

– Простите, что опоздала,  – извинилась Дейна.  – Я Дейна Эванс, а это мой сын Кемаль.

Закладки